varjag_2007 (varjag_2007) wrote,
varjag_2007
varjag_2007

Капитализм как режим власти

ПД: – Давайте поговорим об экономическом спаде 2008–2009 годов. Мы привыкли слышать о том, что после экономического бума, который до этого длился 20 лет, спад неизбежен. С учетом циклического характера рыночной экономики нам вроде бы не о чем волноваться теоретически. Однако все встревожены – от банкиров до простых потребителей. Так есть что-то особенное в этом спаде? Чем он отличается от других?

ШБ: – В свете того, что до сих пор было сказано, мне кажется, что в настоящее время мы переживаем не экономический спад и даже не экономический кризис, асистемный кризис – кризис, угрожающий самому существованию капиталистического режима власти. Он длится уже более десятилетия, начался не в 2008 г., как утверждает большинство наблюдателей, а в 2000 г., и нет никаких признаков его ослабления.

ПД: – Не могли бы Вы поподробнее объяснить, что означает «системный кризис»?

ШБ: – Давайте рассмотрим точку зрения капиталистов. Так, они считают, что главный барометр успеха и неудачи – это не рост производства или уровня занятости, а движение на фондовом рынке. Фондовый рынок капитализирует их ожидаемый доход и тем самым низводит их коллективное представление о будущем капитализма до простого числа.

Если изучить историю фондового рынка США, измеряемого рейтинговым агентством Standard & Poor по биржевому индексу 500 компаний, котируемых на фондовом рынке, то мы увидим, что в прошедшем столетии капиталисты пережили четыре волны «медвежьего рынка». Каждый из этих «медвежьих» периодов отличался обвалом цен в диапазоне от 50% до 70% в «постоянных долларах». Однако заметьте, что эти спады, хоть и похожи друг на друга по количественным показателям, совершенно разные по качеству. Каждый из них сигнализировал о начале крупного и уникального переформатирования капиталистической власти:

1) Кризис 1906–1920 гг. (-70%) ознаменовал завершение эпохи американского «фронтира» – переход от грабительского капитализма к крупномасштабным предприятиям, а также начало синхронизированного финансирования.

2) Кризис 1929–1948 гг. (-56%) стал сигналом окончания эпохи «нерегулируемого» капитализма, появления больших правительств и воинственного государства всеобщего благоденствия.

3) Кризис 1969–1981 гг. (-55%) ознаменовал окончание кейнсианской эпохи, возобновление всемирного движения капитала и начало неолиберальной глобализации.

4) И нынешний кризис, который, как я отметил, начался не в 2008, а в 2000 г. и до сих пор продолжается (-50% с 2000 по 2009 годы), похоже, означает переход к иной форме капиталистической власти или, возможно, полный отказ от капиталистической власти.

Нынешний кризис отличается системным страхом. Капиталисты сегодня не просто не уверены в завтрашнем дне или встревожены – они напуганы. Они опасаются не за какой-то конкретный аспект капитализма, но за само его существование. Многие из них боятся, что капиталистический строй как таковой может не сохраниться – по крайней мере в его нынешнем виде.

ПД: – По каким признакам мы можем судить о том, что капиталисты испытывают системный страх?

ШБ: – Главный признак, свидетельствующий об охватившем капиталистов системном страхе, – это то, как они оценивают свои акции. Ритуал капитализации недвусмыслен: он требует, чтобы капиталисты дисконтировали не текущий уровень прибыли, а оценивали ее долгосрочную траекторию. При обычных обстоятельствах изменение цен на акции не связано непосредственно с изменениями текущей прибыли или связь между ними несущественна. Но периоды системного страха – ненормальное явление. В такие периоды капиталисты сомневаются в выживании своей системы, и это сомнение заставляет их терять из виду свое будущее. Когда будущее капитализма под вопросом, долгосрочная тенденция получения прибыли утрачивает смысл, а когда долгосрочную прибыль оценить невозможно, у капиталистов ничего не остается для дисконтирования.

В капитализированном мире неспособность капитализировать равносильна смерти. Когда капиталистам не за что зацепиться, они перестают уповать на священное завтра и хватаются за настоящее. Системный страх вводит их в оцепенение, и они дисконтируют не долгосрочную тенденцию изменения прибыли, а ее ежедневные колебания. И именно это мы наблюдаем на примере нынешнего кризиса: с 2000 г. цены акций фактически повторяют траекторию текущих прибылей вместо того, чтобы меняться независимо от текущей прибыли.

Такое паническое поведение встречается в истории не впервые. Мы уже это проходили в 1930-е годы. Как и сегодня, капиталисты тридцатых были парализованы системным страхом; как и сегодня, они отказались от ритуала капитализации. Более того, самое главное – причина коллапса в обоих случаях была во многом одинаковой: капиталисты настолько усилились и в те годы, и в начале XXI века, что потеряли уверенность в своей способности удерживать власть или тем более умножать ее.

ПД: – Подобное утверждение противоречит здравому смыслу: разве капиталисты не должны становиться увереннее с ростом их могущества?

ШБ: – Только до определенного момента. Капиталистическая власть распределительная, она измеряется исходя из сравнительной капитализации. Так что капиталистическая группа, имеющая чистые активы на сумму 300 млрд долл., в три раза могущественнее группы, имеющей активы на сумму 100 млрд долларов. Превышая нормальный уровень доходности, доминирующий капитал накапливается дифференцированно. Поскольку капитал – это распределительная власть, дифференцированное накопление означает увеличение распределительной власти. Однако у распределительной власти есть четкие границы. Ни одна группа капиталистов, какой бы изощренной и безжалостной она ни была, не может претендовать на большее богатство, чем то, которое имеется в обществе. Более того, прежде чем достичь верхнего предела, капиталистическая власть на практике часто буксует и притормаживает.

Причина коренится в конфликтной динамике власти. Капиталисты не могут не стремиться к тому, чтобы наращивать свою власть: поскольку капитал – это власть, стремление к накоплению означает стремление к большей власти по определению. Но стремление к власти само по себе порождает препятствия. Власть опирается на применение насилия и ответный саботаж. Чем больше капиталистическая власть приближается к своему пределу, тем выше сопротивление и саботаж, с которыми она сталкивается. Чем выше уровень сопротивления, тем труднее власть предержащим расширять свои полномочия. Чем труднее расширять полномочия, тем выше потребность в насилии и ответном саботаже, а чем больше приходится прибегать к насилию, тем выше вероятность серьезной социально-политической реакции, которая приводит к упадку или даже распаду власти.

Именно в тот момент, когда кривая власти приближается к своей социетальной «асимптоте», тем вероятнее, что капиталистов охватит системный страх – страх того, что твердыня их власти даст трещину. Наступает тот критический момент, в который капиталисты опасаются за само выживание своей системы. Они опасаются, что капитализация, ориентированная на отдаленное будущее, вот-вот рухнет.

[Spoiler (click to open)]

Впервые США столкнулись с таким коллапсом в 1929 г., а затем повторно в 2000 году. Как было показано в нашей с Джонатаном Ницаном книге, в обоих случаях период, предшествовавший обвалу, характеризовался крайностями распределения: и в конце 1920-х гг., и в 2000-е гг. 10% американского населения контролировало почти половину всех доходов. Немаловажно отметить, что основополагающее неравенство сегодня, возможно, даже больше, чем в 1920-е годы. В качестве иллюстрации можно указать на то, что к 2010 г. доля капиталистов в национальном доходе (проценты и прибыль) после налогообложения плюс чистая прибыль 0,1% всех корпораций (представляющих доминирующий капитал) достигла рекордной планки, превысив все значения, зафиксированные с 1929 г., когда появилась полноценная статистика о структуре национальных доходов.

Для дальнейшего увеличения и поддержания этого вида дифференцированного накопления и власти доминирующий капитал должен был прибегать к тому, чтобы нагонять как можно больше страха на остальное население, использовать в своих целях случаи саботажа и причинять людям как можно больше страданий. Унижения принимают самые разнообразные формы; одним из самых шокирующих является рост доли доходов 10% самых богатых граждан США. С 1940-х гг. соотношение между взрослым населением в исправительных учреждениях (тюрьмы, домашний арест, испытательный срок и т.д.) и рабочей силой всегда находилось в четкой и тесной зависимости от распределительной власти правящего класса. Чем больше власть богачей, тем выше уровень насилия в обществе, о чем можно судить по количеству людей в американских исправительных учреждениях. В настоящее время эта цифра достигла 5% рабочей силы Америки. Это самый высокий процент в мире и в истории Соединенных Штатов.

Хотя здесь трудно говорить о каких-то жестких соответствиях, сомнительно, что подобное массовое наказание может и дальше увеличиваться, не вызывая при этом ответной реакции и дестабилизации общества. Вместе с тем логика дифференцированного распределения диктует необходимость дальнейшего перераспределения богатства, которое будет сопровождаться ростом случаев саботажа. Это столкновение между требованиями капитала как власти и нестабильностью, которую он порождает, объясняет, почему ведущие капиталисты охвачены системным страхом. Заглядывая в будущее, они понимают, что единственный способ дальнейшего увеличения своей распределительной власти – это использование еще большего насилия. Вместе с тем достаточно высокий уровень насилия и дальнейшее его увеличение может столкнуться с ростом сопротивления и неприятия в обществе, поэтому капиталисты все больше испытывают страх перед бурей и социальным взрывом, которые они сами на себя навлекают. Чем ближе они подходят к роковой черте – упомянутой выше асимптоте, тем более неопределенным видится им будущее капитализма.
Полностью.

Tags: капитализм, мировая война, мировой кризис
Subscribe
promo varjag_2007 сентябрь 14, 2015 14:01 71
Buy for 300 tokens
Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности знакомым и незнакомым френдам,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments