varjag_2007 (varjag_2007) wrote,
varjag_2007
varjag_2007

Category:

Ревизия Второй мировой: германский вариант

«Преодоление прошлого»?

В девяностые годы Федеративную республику часто демонстрировали нам в качестве примера того, как можно успешно преодолеть тоталитарное прошлое. Картинка была проста и привлекательна: немцы дружно прокляли Третий рейх, покаялись в преступлениях гитлеровского режима — и живут теперь в мире и достатке. Подтекст при этом был совершенно ясен: предайте анафеме советский строй – и будете жить как в цивилизованных западных странах.

Но оставим в стороне эту более чем сомнительную причинно-следственную связь. Поговорим о другом: действительно ли современная Германия «преодолела» нацистское прошлое, полностью раскаялась в преступлениях и признала свою вину?

На первый взгляд все выглядит именно так. По крайней мере, германские власти стараются убедить в этом окружающий мир. Действительно, за открытое высказывание симпатий к нацизму в сегодняшней ФРГ можно запросто лишиться работы, а то и угодить за решетку. Отрицание Холокоста является уголовным преступлением. Нацистская символика находится под многочисленными запретами – которые, впрочем, довольно легко обойти. Ведомство по охране конституции – к слову сказать, достаточно мощная и эффективная спецслужба – пристально следит за всеми ультраправыми организациями. Воздвигаются многочисленные памятники жертвам нацизма, а выжившим узникам концлагерей выплачиваются компенсации. И все же отношение общества к нацистскому прошлому нельзя назвать однозначным.[Spoiler (click to open)]

В первые десятилетия после поражения нацизм в Западной Германии был не слишком популярной темой. Историю Третьего рейха скорее обходили молчанием – политики не хотели бередить свежие раны и создавать в обществе очаги напряженности, ученые, в большинстве своем принадлежавшие к старой консервативной школе и неплохо уживавшиеся с гитлеровским режимом, тоже предпочитали менее острые темы. Нацизм рассматривался как нечто совершенно чуждое германскому духу, как временное помешательство, охватившее вполне добропорядочную страну, как случайная ошибка истории. «Экономическое чудо» пятидесятых создавало вторая мировая для этого молчаливого согласия прекрасный фон.

Западные союзники, открыто провозгласившие денацификацию одной из основных своих задач, тоже проводили ее в жизнь весьма извилистым путем. С одной стороны, целый ряд созданных в Третьем рейхе механизмов социальной защиты населения был ликвидирован как «наследие гитлеризма»; с другой, многие высокопоставленные нацисты не только уходили от заслуженного наказания, но и занимали впоследствии достаточно высокие посты в новой Федеративной республике. В итоге сложилась довольно странная ситуация, когда недавнее прошлое, с одной стороны, официально осуждалось и предавалось анафеме, а с другой – продолжало незримо существовать.

Ситуация начала меняться в шестидесятые – вместе со сменой поколений, пиком которой стали знаменитые события 1968 года. Именно в это время в обществе начался критический пересмотр отношения к прошлому, были подняты острые и неудобные для многих темы. Например, о том, был ли нацизм «исторической случайностью» и действительно ли рядовые немцы ничего не знали о концлагерях? Важно подчеркнуть, что инициатива этого пересмотра шла «снизу» — от молодых профессоров и доцентов, студентов и журналистов. Во многом именно на этой волне в 1969 году к власти приходит социал-демократ Вилли Брандт, который поддерживает ревизию – и одновременно радикально меняет прежний, предельно враждебный внешнеполитический курс ФРГ по отношению к странам Восточного блока. Германский канцлер, вставший на колени перед памятником погибшим в Варшавском гетто, на долгие годы стал символом пересмотра как истории, так и политики Федеративной республики.

Но на всякий тезис находится антитезис. И в середине восьмидесятых в ФРГ группа историков начала подвергать сомнениям уже, казалось бы, сложившиеся в науке установки относительно вины и ответственности Германии за преступления нацизма. Вызванная ревизионистами дискуссия получила название «спора историков» и, по большому счету, не завершилась до сих пор.

Тоталитаризм и «спор историков»

Началось все, собственно говоря, не в Германии, а в Соединенных Штатах, где сразу же после окончания Второй мировой лучшие умы были брошены на то, чтобы придумать способ подорвать неимоверно возросший во всем мире авторитет Советского Союза. Итогом мозгового штурма стала концепция тоталитаризма, главными авторами которой часто называют Карла Поппера и Ханну Арендт. Основная идея этой теории – в том, что национал-социализм и «реальный социализм» советского образца были братьями-близнецами, двумя разновидностями одной тоталитарной модели. Следовательно, по сути своей СССР и Третий рейх – одно и то же. Эта концепция широко пропагандировалась на пике Холодной войны, в пятидесятые годы, и неоднократно использовалась в дальнейшем. Использовалась, несмотря на то, что уже в шестидесятые появился ряд серьезных работ, доказывавших, что между предполагаемыми «близнецами» на деле больше различий, чем родства, а похожие их черты носят скорее внешний, поверхностный характер.

Одной из работ на эту тему была книга молодого западногерманского историка Эрнста Нольте «Фашизм в его эпоху». Нольте писал об уникальности европейского фашизма, о характерных, присущих только ему чертах. За что, к слову сказать, был обвинен своими консервативными коллегами в марксизме. Кажется парадоксальным, но именно Эрнст Нольте открыл в середине восьмидесятых знаменитый «спор историков», заявив о том, что нацизм был всего лишь «ответом» на «вызов», брошенный коммунистами, Освенцим – всего лишь ответом на ГУЛАГ. А значит, отнюдь не немцы несут основную ответственность за мировую войну и гибель миллионов людей. Нольте выдвинул концепцию «европейской гражданской войны», в которой повинны все ее участники, но в первую очередь – Советский Союз.

Сложно сказать, был ли историк вполне искренним в своих убеждениях или он просто очень хорошо почувствовал конъюнктуру, но его слова пришлись весьма ко двору. Тезисы Нольте были подхвачены целой плеядой консервативных историков и широко пропагандировались в средствах массовой информации, в первую очередь правого толка. Слишком уж удачно сложились внешние обстоятельства – сперва новое обострение противостояния сверхдержав, потом распад Восточного блока благоприятствовали такого рода идеям.

[Spoiler (click to open)]Надо отдать должное западногерманскому академическому сообществу – большинство историков выступили с жесткой критикой идей Нольте и его соратников. Но идеи эти продолжают существовать и развиваться по сегодняшний день. По большому счету, их можно разделить на три взаимосвязанных тезиса – о «превентивной войне» против Советского Союза, о «чистом вермахте – спасителе европейской цивилизации» и о «советских зверствах» на германской земле. В этом порядке, пожалуй, и стоит о них поговорить.

По мотивам Геббельса

Первым тезис о «превентивной войне» Германии против Советского Союза, как известно, озвучил министр пропаганды Третьего рейха Йозеф Геббельс в своем радиообращении утром 22 июня 1941 года. Собственно говоря, это была рядовая традиционная ложь – любую свою агрессию нацисты стремились представить как меру чисто оборонительную. Однако если слова об «оборонительной войне против польской агрессии» никто сегодня всерьез не воспринимает, то аналогичный тезис касательно Советского Союза был в середине восьмидесятых весьма успешно эксгумирован и оживлен. Почему?

Видимо, потому, что окончательно он похоронен так и не был. Да, в семидесятые годы практически все немецкие историки в один голос признавали, что причиной нападения на СССР была давняя программа по завоеванию «жизненного пространства» на востоке, являвшаяся одним из краеугольных камней нацистской идеологии с момента основания НСДАП. Однако когда вопрос заходил об ответственности за Вторую мировую, все оказывалось далеко не так однозначно. Не только западногерманские, но и британские, французские и американские историки старались доказать, что Советский Союз тоже внес свой вклад в развязывание войны и осуществлял беззастенчивую экспансию – например, подписав знаменитый Пакт Молотова-Риббентропа. Поэтому идея о «превентивной войне» легла на подготовленную почву.

Важно отметить, что развитие этой идеи происходило одновременно в двух измерениях. С одной стороны, в академической среде, где ее активно пропагандировали в своих работах Э. Топич, И. Хоффманн, Х. Магенхаймер. С другой – в прессе, круг которой постоянно расширялся – за праворадикальными и консервативными газетами и журналами последовали массовые издания и крупные телеканалы. Поэтому идеи ревизионистов получили широкую известность в немецком обществе, хотя отношение к ним было и остается неоднозначным.

Аргументы сторонников теории «превентивной войны» хорошо известны в России – их использовал в своих вышедших массовым тиражом книгах небезызвестный В. Резун (псевдоним – Виктор Суворов). Это – и якобы наступательная конфигурация сил Красной Армии на западной границе, и наступательный характер советской военной доктрины в целом, и идеи большевиков относительно экспорта революции, и многое другое. Надо сказать, что автор «Ледокола» находился в своеобразном творческом взаимодействии с германскими ревизионистами, заимствуя их аргументы и одновременно обеспечивая их новым материалом.

Нольте, Хоффманн, Топич и другие говорили о «вынужденной войне Гитлера», «компоненте объективно обоснованной и решающей борьбы», о том, что «политический смысл Второй мировой войны сводится к агрессии Советского Союза». Надо сказать, что тезис о «превентивной войне» не получил в ФРГ большой популярности – слишком очевидно противоречил он данным источников, слишком резкий отпор встретил со стороны большинства историков. Тем не менее, свою роль он сыграл – установки, которые раньше считались откровенно экстремистскими, теперь были выведены из области запретного и стали предметом серьезной научной дискуссии. То, что раньше рассматривалось как пропагандистская ложь, превратилось в научную гипотезу.

Сыграл свою роль тезис о «превентивной войне» и в еще одном отношении. Он дополнил и усилил старую теорию о «незапятнанном вермахте», который в годы мировой войны выполнял «священную миссию по защите Европы от большевизма».
Источник


Tags: антикоммунизм, вторая мировая война, германия, ревизионизм, ссср
Subscribe
promo varjag_2007 september 14, 2015 14:01 71
Buy for 300 tokens
Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности знакомым и незнакомым френдам,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments