June 29th, 2013

Снайпер

Позорная тайна Хатыни



22 марта 1943 года в деревне Хатынь Логойского района были сожжены 147 человек, из них 75 детей. Люди были сожжены заживо. Кто виноват в этом зверстве, кто эти нелюди? Немцы это, или быть может украинцы или литовцы? Владимир туз проводит расследование, кто способен на такое и почему столько лет скрывалась правда.

В течение многих лет в Советском Союзе, скрывалась правда об участии бандеровцев в уничтожении мирного населения в Хатыни, а теперь скрывается в Украине.

Зверство совершенное 118-м Украинским полицейским батальоном, который был сформирован в Киеве из членов Организации украинских националистов в последствии из членов которой была сформирована Украинская повстанческая армия (УПА). В 1943г. сожгли дотла вместе с мирным населением Хатынь.

В деталях, когда всё население деревни было согнано в сарай, нацистские пособники заперли двери сарая, обложили его соломой, облили бензином и подожгли. Деревянный сарай быстро загорелся. Под напором десятков человеческих тел не выдержали и рухнули двери. В горящей одежде, охваченные ужасом, задыхающиеся люди бросились бежать, но тех, кто вырывался из пламени, нацистские преступники расстреливали из автоматов и пулеметов. В огне сгорели 147 жителей деревни, из них 75 детей, младшему из которых было 7 недель.

Фильм «Позорная тайна Хатыни» Ольги Дыховичной и Александра Милославова рассказывает о трагических событиях Великой Отечественной войны в Белоруссии.

В тему: Владимир Катрюк - от палача до пасечника

Хатынь. Разоблачение фальшивки укроисториков

118-й украинский полицейский батальон: ложь Косыка и архивные документы

А вот некоторые  из хэроев, принимавших участие в уничтожении белоруссов из книги "Буковинський курінь в боях за українську державність":
[Spoiler (click to open)]
"Schutzmannschaft Batailon-115" після отримання зброї Стоять зліва направо: В.Гаврилишин, ?, Рак, В.Бажай, І.Пилипюк, О.Титинюк, Вепрюк, Ілашкевич; присіли зліва направо: О.Білак, І.Семеген, С.Ісопчук. Київ, весна 1942 р.


Старшини -102-го, 115-го і 118-го Schutzmannschaft Batailon
на військових курсах в Мінську в 1942 р.


Schutzmannschaft Batailon-115  в 1943 р. Зліва направо стоять: С.Ісопчук, П.Семеген, Кміт, М.Калинчук, М.Боднарюк, сидять: Г.Гільчук, І.Слижук, (?), М.Павлик



Посвячення українського прапора(!!!) 2-ю сотнею "Schutzmannschaft Batailon-115" в Деречині 31 жовтня 1943 р.

promo varjag_2007 сентябрь 14, 2015 14:01 71
Buy for 300 tokens
Вы все знаете, что все годы существования моего блога мой заработок не был связан с ЖЖ. Т.е. я не была связана и не имела никаких обязательств материального характера ни перед какими политическими силами и различными группами, кроме дружеских уз и благодарности знакомым и незнакомым френдам,…
Трехликий Янус

Кто на самом деле управляет миром

"Теория заговора" — это обычно негативный риторический прием, который используется для того, чтобы положить собеседника на обе лопатки. "Так вы что, верите в теорию заговора?" — со снисходительной улыбкой говорит телеведущий какому-нибудь консервативному публицисту, после чего этот публицист в глазах "здравомыслящей" публики получает репутацию законченного идиота.
Среди "здравомыслящей" публики принято считать, что мир управляется "невидимой рукой рынка", все процессы в демократическом обществе — результат сочетания сложных экономических и социальных законов, а разговоры о глобальной финансовой элите, мировой закулисе и тому подобных вещах — удел фанатиков и маргиналов. Швейцарский математик Джеймс Глаттфельдер подошел к вопросу о заговоре со строго математических позиций. Он построил карту отношений власти и контроля в глобальной экономике. Ученый пришел к выводу, что современный мир страдает от "закупорки" контрольных механизмов, а количество субъектов, фактически контролирующих 80% мировой экономики, не превышает нескольких сотен.
Вы правда пришли к выводу, что миром правит маленькая кучка людей? В одном из своих выступлений вы называли цифру 737...
[Spoiler (click to open)]
Да, я пришел к выводу, что миром управляют 737 акционеров. Хотел бы уточнить, что это значит. Я начинал с исследования сложных систем математическими методами. Например, вы можете построить математическую модель стаи перелетных птиц. Меня поразило, что мы, исследуя сложные системы в космосе или в организации молекул, не имеем никакого представления о том, как работает наше общество. Мы решили восполнить этот пробел. Исходили из общепринятого тезиса: власть в мировой экономике принадлежит транснациональным корпорациям. В мире насчитывается 43 тыс. таких корпораций. Затем была построена схема, содержащая акционеров этих корпораций и, наконец, акционеров акционеров. В результате мы получили модель, включающую примерно 600 тыс. субъектов собственности и более миллиона "собственнических" отношений. Это и есть ядро мировой экономики — здесь определяются все основные экономические процессы.
Но 600 тыс. довольно большая цифра. Тем более в нее входят не столько реальные люди, сколько организации, владеющие другими организациями. Все это не тянет нa шокирующую правду о мире, которым управляет тайный клуб.
Здесь мы подходим к математике другого уровня — математике контроля. Отношения контроля и власти распределены среди этих 600 тыс. субъектов далеко не равномерно. Идеальная модель любой сложной системы — это сеть. Мы разработали модель "сети глобального корпоративного контроля" в виде шара с множеством взаимосвязанных точек. В некоторых точках такого шара сходилось гораздо больше линий, чем в других. Эти узлы оказывают непропорционально большое влияние на функционирование всей системы. Для того чтобы контролировать компанию, акционеру необязательно владеть 100% ее капитала. Всем известно, что для полного контроля над организацией достаточно владеть 50% ее стоимости. Однако вы можете "по принципу матрешки" контролировать одну организацию, которая будет контролировать другую, и т. д. Отношения контроля можно сравнить с пробками в мегаполисе. Машины циркулируют по трубам, но в отдельных местах образуются заторы и скапливается чрезвычайно много контроля. При этом и сама сфера транснациональных компаний неравномерна: 36% компаний зарабатывают 95% всех денег. Если проследить все эти контрольные отношения, мы и получим эту цифру — 737 ведущих акционеров контролируют 80% стоимости транснациональных корпораций.

Значит, все-таки всемирный заговор? И миром управляет маленький кагал финансовой олигархии?
Не думаю, что здесь можно говорить о заговоре. Я уверен, это системное свойство. Такая концентрация возникла не сверху вниз, а снизу вверх — как следствие фундаментальных законов нашей экономической системы, которые ведут к растущей концентрации ресурсов в руках очень узкой элиты.
Что же из этого следует? Может быть, так устроена любая социальная система?
До некоторой степени да. Во всяком случае, такие системы распространены и в природе, и в обществе. Если вы возьмете стаю птиц, или древнее племя, или Римскую империю — везде вы увидите одно и то же. Это будут огромная периферия, где элементы (в социальных системах — люди) слабо связаны между собой, и узкое ядро, в котором все элементы очень тесно связаны и контролируют всю систему. Это несколько аристократических семей или несколько самых сильных государств в системе международных отношений. Проблемой могут быть относительные размеры системы и этого ядра. Чем меньше ядро и теснее связи в нем, тем менее устойчива система, тем легче вывести ее из равновесия, если ядро окажется в кризисе. Это как авторитарное государство, где вся власть в руках у узкой касты избранных.
И это делает мировую экономику неустойчивой?
Строя свою модель корпоративного контроля, мы пришли к еще более поразительным выводам. Внутри ядра из 737 субъектов находится еще маленькое ядрышко из примерно 150 сверхмогущественных акционеров, которые вместе контролируют 40% собственности глобальных корпораций! Вся огромная мировая экономика сходится в "бутылочном горлышке" этой сотни собственников мира. Такая система не может быть устойчивой. Возможно, затяжной мировой кризис — это прежде всего кризис ядра. Во всяком случае, роль этого ядра нуждается в непредвзятом изучении. Мы никогда не поймем наших нынешних проблем, пока не изучим модель контроля, существующую в нашем обществе.
Источник
Трехликий Янус

КОГДА ЧЕЛОВЕКА НЕ БЫЛО

Оригинал взят у putnik1 в КОГДА ЧЕЛОВЕКА НЕ БЫЛО


Окаменевший мосХ русского современника самовосстанавливающегося динозавра.
Прочитать о русской Атлантиде эпохи динозавров можно по клику на картинкку


Распространение лженаучных концепций без внятного противодействия им (а порой, увы, и при содействии иных «ученых мужей»), наносит серьезнейший удар по российскому образованию на всех уровнях. Возникает опасный разрыв между фундаментальной исторической наукой и массовым образованием. Параистория в сочетании с попытками ряда историков встроиться в текущую идеологию при каждой смене режима, а также с нарастающей клерикализацией, способствует падению авторитета истории, антропологии и археологии как наук в глазах обывателей. Этот фактор становится, вдобавок, ещё и одним из обоснований археологического вандализма, приобретшего характер катастрофы на территории России...

Правду сказать, мы, в самом деле, оскорбительно мало знаем о прошлом. А уж о том, что творилось за краем Ойкумены и, соответственно, не вошло в корпус греко-римских писаний, не знаем почти ничего. Кроме того, что оно было. И не только на уровне стойбищ пополам с пещерами, но правильно организованные города, и замки, и храмы, и литейные мастерские, и системы каналов, и оборонительные валы. То бишь, государственность. С ярком и славной, - даром, что неведомой, - историей.

И фиг с ним, что не доказано.
Обязательно была.
Не могла не быть, а следовательно, была.
Со всеми присущими ей прибамбасами, войнами, религиями, героями и мыслителями.
Потому что нехорошо, если история, скажем, падения Нуменора, ведома нам в подробностях, но вот что творилось пять-шесть неописанных никем тысячелетий тому в местах нашего обитания, хрен зна. Это, в конце концов, несправедливо, а справедливость важнее всего.

Тут не поспоришь.
Да и жизнь без мечты скушна.
Но меру все-таки надо знать
Ибо в противном случае теряем право  глумиться над, скажем, теми же протоукрами...

Роковая дама

ОПГ "Свобода" хочет ликвидировать Крымскую автономию для нейтрализации "антиукраинских настроений"


ОПГ "Свобода" хочет забрать у Крыма автономию и превратить его в Таврическую область
Севастополь в партии Тягнибока считают "рассадником антиукраинских настроений".

В Украине хотят провести референдум о лишении Крыма статуса автономной республики и превращении его в Таврическую область.

"ОПГ "Свобода" выступает за всеукраинский референдум как институт, который должен действовать на регулярной основе... Мы требуем вынести на всеукраинский референдум вопрос об отмене автономного статуса республики Крым - это должна быть 27 Таврическая область - и об отдельном статусе Севастополя, который должен стать одним из административных центров Таврической области. Это положение нашей программы. Мы планируем его проведение", - заявил замглавы парламентского комитета по вопросам регламента, депутатской этики и обеспечения деятельности Верховной Рады Украины, член фракции ОПГ "Свобода" Игорь Швайка.

Он отметил, что ОПГ "Свобода" инициировала референдум по статусу Крыма и специального статуса Севастополя, "который является рассадником антиукраинских настроений". "Свободовцы" также инициировали всеукраинский референдум по запрету торговли землей и принятия на нем соответствующего закона.

Христос с мечом

УПЦ: борьба автокефалов и сторонников канонического единства

Анафема Филарет желает, чтобы после его смерти УПЦ КП объединилась с канонической УПЦ МП в Украинскую поместную церковь.

В этой связи хочу напомнить, что в 1918 г. Поместным Собором РПЦ Украинской Церкви уже  предоставлялась  автономия.

Революционные события 1917 задели своим крылом и церковь. В водовороте съездов, конгрессов и собраний весной промелькнули епархиальные съезды – Киевский, Подольский, Полтавский – на которых прозвучали требования созыва Всеукраинского собора, украинизации богослужения и т.д. – обычная обойма «национального возрождения». Комиссию по созыву возглавил епископ Уманский Дмитрий Вербицкий. Следует заметить, что церковь, как всегда, выступала в основном как консервативная сила. «Украинофилы» были здесь в меньшинстве и представлялись чаще не духовными лицами, а мирянами. Например, требование автокефалии впервые озвучил совершивший впоследствии грех самоубийства националист Мыкола Михновский на вече у Св. Софии в апреле 1917. Митрополит Киевский Владимир (Богоявленский) как первенствующий член Св. Синода в июне отклонил просьбу Комиссии о созыве Всеукраинского Собора, после чего Дмитрий подал в отставку.

Но активное украинофильское меньшинство заявляло о себе все громче – тогда же на Первом Всероссийском съезде духовенства и мирян представители 10 украинских епархий огласили декларацию с требованием дарования Украинской православной церкви статуса автокефальной. Радикализация украинцев, их неприкрытое стремление оттеснить старых архиереев вызывали логическое поправение духовенства. Попытки мирян прибрать к рукам церковное управление (церковные двадцатки, советы) в теологическом плане можно охарактеризовать как привнесение протестантских тенденций. А на практике это было массовое увольнение «консервативных» священников и епископов. Большевистские методы украинофилов оттолкнули и церковные массы - уже летом 1917 епархиальные съезды (Черниговский, Харьковский, Одесский) начали играть отбой украинизации богослужения. Лидер консервативного большинства митрополит Владимир, несмотря на давление украинофилов и Временного правительства, отказался утвердить Киевскую епархиальную раду, избранную апрельским съездом, и резко выступил против самостийников: «Для нас страшно даже слышать, когда говорят об отделении юго-российской церкви от единой Православной Российской Церкви… Не совместно ли мы созидали единую великую Православную Российскую Церковь?.. К чему же стремление к отделению?». Прорусская направленность наблюдалась даже на Западе: Почаевский собор на Волыни «стал убежищем и твердыней антиукраинцев» (по выражению эмигрантского историка И.Дубилко).
В июле Комиссия выпустила Обращение, в котором Всеукраинский Собор назначался на 12 августа, но созыв был запрещен премьер-министром Керенским (по другим сведениям, обер-прокурором Синода Л.Карташевым) в связи с открытием 15 (28) августа Всероссийского Собора. На нем верх одержали консерваторы, утвердившие решение о восстановлении патриаршества («демократы» отстаивали синодальную форму управления).

[Spoiler (click to open)]

Следующий виток – осень. Прошедшие в Киеве военные украинские съезды с солдафонской прямотой потребовали немедленного созыва Собора и отделения Украинской церкви от Российской. Комитеты военных священников, объединившись в ноябре с оргкомитетом по созыву Собора, образовали временную Всеукраинскую Православную Церковную Раду (ВПЦР). Председателем её стал капеллан Александр Марычев, а почетным главой согласился стать бывший владыка Владимирский, снятый за связи с Распутиным, заштатный архиепископ Алексий (Дородницын). Интересное совпадение – когда 72 года спустя, в Украине опять началась «автокефализация», её тоже возглавил заштатный епископ РПЦ, бывший владыка Житомирский Иоанн (Бондарчук). Схожи и их дальнейшие судьбы - раскаяние в украинофильских заблуждениях, серьезные намерения вернуться в лоно материнской церкви и внезапная смерть при неясных обстоятельствах

ВПЦР и новосоздаваемые братства стали основными толкачами автокефалии. В первом же постановлении исполкома говорилось: «…§2, ВВПЦР продолжает деятельность Оргкомитета Церковного Собора…§6. Все её представители должны быть по происхождению и по убеждению украинцами… §11.Владыке Алексию как голове Рады воспретить выезжать из Киева, а также занимать предложенные ему Москвой места». Вместо Алексия в Москву отправилась делегация во главе с Марычевым. Новоизбранный патриарх Тихон не стал спорить, благословил на открытие Собора и послал на него митрополита Платона (Рожественского) своим представителем. Обнадеженные самостийники перешли в наступление. Слово митрополиту Владимиру: «9 сего декабря 1917 по поручению будто бы Центр.Рады заявились ко мне комиссия во главе с назвавшим себя председателем укр. церковной рады свящ. о. Маричевым». Самостийники предложили митрополиту уехать из Киева. «Желая иметь письменное заявление об этом, я позвал секретаря и предложил ему записать это требование депутатов и чтобы последние подписались под ним, но они категорически отказались от этого». Потом еще явились член ВПЦР Фоменко и полковник Цивчинский, предложили Владимиру патриаршество в УПЦ и попросили на это сто тысяч руб. из епархальной кассы. Владимир отказал, после чего полковник стал угрожать «шаблюкою», но был удален сбежавшейся братией. Вскоре ВПЦР объявила себя руководящим органом церкви и запретила поминать в богослужении российских иерархов. Но попытки добиться поддержки и признания у светской власти провалились: просоциалистическая Центральная Рада категорически отказалась учреждать «ведомство духовных дел», напомнив, что «религия должна быть частной сферой жизни». Глава правительства Винниченко «ногами и руками сопротивлялся, я, говорил, социалист и никакой церкви принципиально не признаю», а голова ЦР Грушевский сказал только «Обойдемся без попов!».

Накануне Собора совещание украинских епископов за непослушание (помните §11 постановления ВПЦР?) лишило Алексия епископского сана. Первая сессия Собора открылась 7(20) января 1918, хотя кворума еще не было (прибыло 279 делегатов из 400). Владимира избрали почетным председателем, епископа Балтского Пимена (Пегова) с трудом провели в председатели через 4 дня. Собор проходил под сильным нажимом украинофилов, под митинговые выкрики с мест: «Долой Москву!», «Освободимся от московского гнета!». Комиссар Центральной Рады Карпинский прямо заявил: «Мы не допустим московской гвардии в нашей церкви… перед вами только один путь – дать УПЦ автокефалию». Доцент Огиенко (будущий митрополит-автокефал Иларион) требовал «немедленной дерусификации церкви». Бывшие члены ВПЦР, распущенной в день созыва Собора (Марычев и Ко) требовали избрания новой ВЦР, но это предложение было благополучно провалено 94 голосами против 42. Никаких конкретных решений принято не было – к Киеву подходили большевики. Фактически Собор закрылся явочным порядком уже 19 января – делегаты разбегались, добивая слабый кворум. Как признает В. Ульяновский, «фактично для української частини Собору справа була програна... Як не парадоксально, саме більшовицькі війська забезпечили зрив роботи Собору й провал плану автокефалістів. Російські церковні кола, попри всю недоброзичливість до більшовиків, вважали що вони врятували церкву от розвалу й загрози автокефалії»

Трагично закончилась жизнь митрополита Владимира – в ночь на 26 января он был убит в Лавре отрядом неустановленной принадлежности. В нынешнем антикоммунистическом разгуле вовсю раскручивается версия, что это были большевики («Муравьевская резня»). Однако, если учесть твердую антисамостийническую позицию владыки, правдоподобно выглядит и другая версия – что это были украинские гайдамаки. После возвращения Центральной Рады в Киев в немецком обозе церковно-государственные связи несколько оживились. Но новосозданный Департамент исповеданий не добился заметных успехов, ибо его глава не вызывал у духовенства доверия. Это был бывший Красноярский епископ Никон, который после февральской революции сложил сан и став гражданином Никитой Бессоновым, женился на своей бывшей любовнице, из-за которой в свое время ему запретили выезжать за пределы епархии.

Свежеизбранный гетман Скоропадский 29 апреля 1918 г. был помазан «на царство» епископом Никодимом в Софийском соборе, а 19 мая Киевским митрополитом был избран Антоний (Храповицкий), который еще в 1917 году на просьбу об украинском богослужении наложил резолюцию: «Все великие народы молятся не на том языке, на котором они говорят на базаре. Малороссы не понимают Евангелия на украинском и не признают его, даже если им его подарить». Гетману-украинизатору это не понравилось, он не признал выборов и настоял на возобновлении работы Собора. Но русофилы для противостояния ВПЦР создали «тайный совет» (по 1 священнику и 1 мирянину от всех епархий), который в день открытия 2 сессии 20 июня, несмотря на давление министра Зеньковского добился лишения мандатов 44 делегатов от ВПЦР как «самочинного органа» (198 «за», 107 «против», 9 «воздержалось»). Антоний был избран почетным председателем Собора и утвержден митрополитом (213 против 128). Было принято «Положение о высшем церковном управлении», закрепившее каноническую связь УПЦ с Москвой и обязательность для Украины всех решений Поместного Всероссийского Собора и Патриарха Московского. Сессия завершилась 11 июля. Гетман смирился, но 5 августа отправил цидулку к патриарху Тихону с просьбой считать Положение только временным, переходным документом. Намек не поняли. 20 сентября «Положение» было утверждено Всероссийским собором с ограничением автономии. Тем временем министром вероисповеданий стал ярый самостийник Александр Лотоцкий. На осенней сессии Собора (28 октября – 14 декабря) он заявил: «В самостийной державе должна быть самостийная церковь. Этого требуют интересы и державы, и церкви. Никакое правительство не может согласиться, чтобы центр церковной власти находился в другом государстве… Автокефалия УПЦ не только церковная, но и национальная необходимость. Это главная потребность нашей Церкви, нашей Державы, нашей нации». Как видим, у Филарета и Ко было достаточно предшественников. Однако и этот натиск самостийников оказался безуспешным: большинство Собора выступило за сохранение автономии против автокефалии. А вскоре кресло гетмана зашаталось, он начал искать союзников в прорусских слоях и сместил Лотоцкого. Епископ Волынский Евлогий (Георгиевский) высказался так: «Пал министр – пала и автокефалия, будем теперь спокойно заниматься делами». Украинствующие делегаты Собора были от этих слов вне себя.

Начавшееся вскоре антигетманское восстание Собор осудил, назвав петлюровцев «бандитами». Последствия не заставили себя ждать: после взятия Киева сечевые стрельцы в ночь на 18 декабря арестовали митрополита Антония, архиепископа Евлогия, иеродиакона Никона и других. Австрийский полковник Коновалец, командир сечевиков, умел расстреливать белых офицеров не хуже большевиков, он собирался проделать это и с православными иерархами. Но Лотоцкий отговорил его от затеи: «Не надо окружать этих лиц ореолом мученичества» (об этом мы узнаем из мемуаров самого Лотоцкого). Антоний, Евлогий и Киевский викарий епископ Никодим были сосланы в униатский монастырь в Бучаче (Галиция). А 19 декабря Екатеринославский епископ Агапит (Вишневский), один из трех, не подписавших соборное осуждение, приветствовал в Киеве Петлюру и правительство Директории. Отметим, что не все владыки так быстро перестроились: в промежутке между этими событиями они собрались в Лавре и присягнули защищать решения Собора, покоряться только Патриарху Московскому Тихону, а в случае смерти – его законному наследнику митрополиту Антонию. На тех же, кто будет противиться или созовет самостийный Собор, налагалось «прещение» (духовные лишались сана, миряне отлучались от церкви). Постановление подписали Дионисий Кременецкий, Пантелеймон Двинский, Варлаам Гомельский, Аполлинарий Рыльский, Пахомий Черниговский, Прокопий Елисаветградский, Димитриан Лаврский – всего 20 человек.

Начинался новый виток насаждения автокефалии. Директория, убедившись в полной бесперспективности канонического церковного ее достижения, перешла к прямому административному давлению, пиком которого стал указ от 1.1.1919 об автокефалии УПЦ.

В целом Собор показал провал самостийников-автокефалистов, их безавторитетность и слабость среди духовенства. Подавляющее большинство церковников крепко держалось за союз с Россией, господствовали консервативно-общерусские настроения. Самостийники могли рассчитывать на какой-то эффект лишь при поддержке светских властей. Не отсюда ли пошла крепкая связка политических и церковных раскольников, которую ныне воплотили Филарет и Кравчук?

В конце концов патриарх Тихон упразднил автономный статус Украинской Церкви, учредил на Украине Патриарший Экзархат, назначив Экзархом Митрополита Михаила (Ермакова).

Права Патриаршего Экзарха в разное время могли быть разными, во многом завися от тех полномочий, которые предоставлял своему Экзарху сам Патриарх. Вместе с тем, церковно-юридически Украинский Экзархат на протяжении своего существования всегда представлял собою собственно территориальное объединение украинских епархий РПЦ, деятельность которых координировалась Патриаршим Экзархом. В 1990 г. каноническое положение Православной Церкви на Украине, ввиду изменения политической ситуации, меняется. Вначале Украинский Экзархат получает наименование Украинской Православной Церкви с определенным увеличением прав, а затем на октябрьском Архиерейском Соборе РПЦ 1990 г. УПЦ был предоставлен статус Самоуправляемой Церкви с правами широкой автономии.

Этот статус был предоставлен в ответ на просьбы украинского епископата, как широко известно ныне, инспирированные при помощи далеко не евангельских средств, среди которых не последнее место занимают гонения и угрозы, бывшим Киевским митрополитом, а ныне анафемой Филаретом Денисенко. Пошаговое расширение полномочий и статуса Церкви на Украине «выбивалось» путем шантажа Филаретом Денисенко. И лишь когда он потребовал последнего, невозможного – полной автокефалии Украинской Церкви от Русской, а в ответ на решительный отказ устроил страшный церковный раскол, многим стало понятно, что и предыдущее поэтапное расширение прав и повышение статуса УПЦ выпрашивалось вовсе не с целью преодоления зреющего раскола, а, наоборот – с целью эскалации ситуации и создания раскола. Очень важно помнить, что статус и права УПЦ, предоставленные в 1990 г. являются не следствием какой-то исторически назревшей и неизбежной церковно-канонической эволюции, а осуществлением линии на «задабривание агрессора». Но, как учит история, подобная политика всегда приводит лишь к разрастанию аппетита.
В отличие от Патриаршего Экзархата, Самоуправляемой Украинской Православной Церкви предоставлены в рамках РПЦ очень широкие автономные права, о чем мы можем судить по таким документам как Устав РПЦ и «Определение об УПЦ» Архиерейского Собора РПЦ 2000 года: УПЦ руководствуется в своей деятельности не только Уставом РПЦ, но и собственным Уставом, принимаемым Собором УПЦ, а также Патриаршим Томосом 1990 г.; предстоятель УПЦ носит титул «Блаженнейшего», по аналогии с предстоятелями Поместных Церквей и избирается украинским Собором, а также обладает в пределах Украины правом преднесения Креста за богослужением); УПЦ имеет собственный Священный Синод; Синод УПЦ самостоятельно принимает решение об образовании или упразднении епархий на территории Украины, как и об определении их территориальных границ; также самостоятельно Священный Синод принимает решения о поставлении архиереев. Этим списком исчерпываются основные права широкой автономии, предоставленные УПЦ согласно каноническим документам Матери – Русской Православной Церкви, т. е. те права, которые существуют де-юре в качестве признанных кириархальной Церковью.

Надо отметить, что каноническая связь с Московским Патриаршим престолом и внутреннее единство УПЦ с РПЦ, даже при существующем статусе УПЦ, очень сильны. Так, согласно тем же Уставу РПЦ и «Определению об УПЦ» Архиерейского Собора РПЦ 2000 года, Устав УПЦ одобряется Священным Синодом РПЦ и утверждается Патриархом Московским и всея Руси; имя Патриарха возносится во всех храмах УПЦ в качестве «Великого Господина и Отца нашего»; Патриарх освящает святое миро для УПЦ; Патриарх благословляет Предстоятеля УПЦ при вступлении его на Киевскую кафедру; решения Поместных и Архиерейских Соборов РПЦ имеют обязательную силу для УПЦ; Устав РПЦ обязателен для УПЦ, за исключением нескольких пунктов 13 главы; Общецерковный суд и суд Архиерейского Собора РПЦ являются для УПЦ церковными судами высшей инстанции; Архиерейский Собор РПЦ определяет территориальные границы УПЦ и имеет право изменять каноническое положение УПЦ, осуществлять ее реорганизацию. Как свидетельствуют решения двух Архиерейских Соборов РПЦ (2008 и 2011 г.), вступившие в законную силу и принятые единогласно всеми украинским иерархами, решения Священного Синода УПЦ об образовании епархий на территории Украины утверждаются Архиерейским Собором РПЦ.

В этой связи стоит напомнить КАК возникла так называемая УАПЦ, "созданная" в 1921 году. И что создавалась она для последующей унии с Ватиканом:

Бывший премьер-министр Директории Владимир Чеховский рассказывал о создании УАПЦ:
"Во время моего пребывания на посту премьер-министра правительства Директории, - вспоминал он, - церковные дела не входили непосредственно в мою компетенцию, но этим делам я лично уделял много внимания.

В Директории и в ее правительстве не было разногласий в том, как решить церковную проблему на Украине. Все сходились на том, что нам необходимо сделать церковь автокефальной. Однако в этом вопросе мы натолкнулись на большое сопротивление православных епископов Украины. В 1918 году собор епископов Украины категорически высказался против автокефалии украинской православной церкви, заявив о своей верности новоизбранному всероссийскому патриарху. Учитывая это, правительство Директории решило ввести автокефалию государственным законом. Государственный акт об автокефалии мы объявили в Киеве 1 января 1919 года, отметив, что украинская автокефальная церковь с ее духовной иерархией ни в какой зависимости от патриарха всея Руси не стоит. Но православные епископы Украины игнорировали государственный акт об автокефалии. В этой связи в правительственных кругах Директории у кое-кого возникла идея создания украинского патриархата с призванием на патриаршество львовского митрополита Шептицкого. Само собой, в сущности, речь шла о введении унии, но слово уния как-то выпадало у тех, кто отстаивал идею создания украинского патриархата во главе с Шептицким.
А отстаивали эту идею наши братья галичане — правительственные представители ЗУНР, которых со времени договора в Фастове приехало в Киев много. Особенно отметился в этом галицкий деятель Лонгин Цегельский, который после воссоединения ЗУНР и УНР вошел в правительство Директории как заместитель министра иностранных дел.."

Этот самый Лонгин Цегельский, который в свое время работал в созданном австрийской разведкой "Союзе освобождения Украины", в своем панегирике Шептицкому, изданном в 1937 году в Филадельфии, сделал ценное признание: "Українські державні провідники думали над введенням унії згори, з уряду, по всій Україні та над покликанням митрополита Андрія на патріарха всієї України. Унією вони думали раз і назавжди відгородити Україну від Москви й азійства, наблизити її до Заходу і до його культури".


Это же Цегельский повторяет в оде Шептицкому «Український патріарх». Здесь Цегельський приводит запись своего разговора с главой Директорії, который состоялся 19 декабря 1918 года. Вот отрывок из этого диалога:

"А що там поробляє Ваш Шептицький? — звернув Винниченко нагло на іншу тему.

Я розповів, що митрополита Шептицького інтернували поляки в св. Юрі.
— Ми його визволимо,— зареагував Винниченко. Я чекав на те, як собі Винниченко уявляє це визволення, але він був настільки реальний, що волів на цю тему мовчати.

— Біда,— продовжував по хвилі Винниченко,— що ми не маємо такої людини, як Шептицький, щоб поставити її на чолі української православної церкви. Є владика Платон у Сибіру, щирий українець, але, мабуть, оженився з якоюсь учителькою. Та є ще Димитрій у Чернігові. Також щира українська душа, але надто любить вихилити лишню чарку. А що ви сказали б на те, якби ми забрали Шептицького до Києва на митрополита всієї України?
— Шептицький на православного митрополита не піде,— відказав я.


— На якого там православного! ...Очевидно, що на уніатського. Православ'я скасуємо. Це ж воно нас завело під царя
східного, православного, то воно проводило обмосковлення України. Православ'я завжди буде гравітувати до Москви. Ваша унія добра для відрізнення і від Польщі і від Москви. Уніат із природи стає українцем. Скличемо синод єпіскопів, архімандритів та представників мирян з України і порадимо їм прийняти унію, а Шептицького поставимо на чоло. Ще й порозуміємося з Римом, щоб його зробив патріархом України. Чи не добре це звучить?.. Ви думаєте — я жартую?..

У душі я радів цьому планові,— продолжает Цегельский,— та все-таки висловив побоювання щодо труднощів із православним духовенством та з протиуніатським наставленням, створеним і культивованим Москвою.
Єрунда!— гарячився Винниченко.—Це — революція, і все старе ломиться. А хто незгідний, нехай посміє... Заарештуємо яких два-три десятки заїлих старозаконників, збавимо парафії і хліба цього чи того, то решта присяде. А український сантимент доконає решти. Відгородимо Україну муром унії від Москви раз назавжди
"

Комментарии здесь, как говорится, излишни.

Снайпер

Дагестанские боевики отрезали головы христианам в Сирии

Бандиты из Дагестана под командованием некого Абу Баната устанавливают в Сирии свои порядки и распространяют видео, где призывают "усилить джихад против неверных". "Мы установили тут, в селе Машхад Рухин, законы шариата и открыли всем двери, кто хочет приехать. Приезжайте и помогайте нам распространять религию аллаха", — говорят по очереди боевики из Дагестана.

Однако этот призыв не нашел понимания в Рунете даже среди мусульман. Многие из них пишут в комментариях к видео, что мусульмане не должны приезжать в другую страну и устанавливать там свои порядки, вызывая ненависть среди местного населения. А местные жители сообщают, что эти боевики отрезали головы двух христианам в захваченном селе, после чего объявили там шариат.  В комментариях также сообщается, что спустя два месяца эти боевики были выбиты из селения правительственными войсками.


Снайпер

"Украинские маршевые песни"

Оригинал взят у a_dyukov в "Украинские маршевые песни"
"Смерть, смерть ляхам, смерть!
Смерть московско-жидовской коммуне!
В бой кровавый ОУН нас ведет!"

Это, если кто не понял, песни, с которыми "Нахтигаль" и прочие оуновские подразделения в июне 1941 г. вступали на территорию Западной Украины.



Брошюра "Украинские маршевые песни". 1941 г.
РГВА.

Вот так пели:


"Нахтигаль" и  командир Т. Оберлендер

Снайпер

Медаль в честь Мюнхенского сговора

У нас много любителей порассуждать о совместном "параде" советских и немецких войск в Бресте в сентябре 1939 года. Хотя на нем не было даже командующих и сам "парад" был всего лишь торжественными проводами германской армии из так и не доставшегося им города. На этих фотографиях совершенно иная картина. Здесь и правда триумф англо-германской дружбы. В честь Мюнхена даже отчеканили медаль с профилями четырех вождей братски поделивших Европу (Чехословакию в частности). Поляков такой чести не удостоили, но они не переживали, отобрав у чехов район Тешина. Как-то совсем иначе на этом фоне воспринимается пакт Молотова-Риббентропа, особенно когда сознаешь, что все европейские дерьмократии уже успели заключить аналогичные договоры с Гитлером. Даже страны Балтии.







via pyhalov

Аватар ПОБЕДА

Украинский соловей


В предвоенные годы не было на оперной сцене Украины певицы, которая по популярности могла бы сравниться с Оксаной Петрусенко, обладавшей уникальным певческим талантом. Голос Петрусенко — самобытный, мощный, кристально чистый — уравнивал её с лучшими оперными примадоннами мирового уровня. Её сценический успех был поразителен.

Мама рассказывала, что когда Оксана Петрусенко приезжала выступать в часть, где батальоном командовал дед, она пела, сидя у него на коленях (что, увы, сказалось для деда).

У нее не было специального музыкального образования. Подобно Фёдору Ивановичу, она не училась ни в гимназии, ни в консерватории. Как и для него, с юности были для неё и университетами, и консерваториями малороссийские музыкально-драматические труппы. Но Оксана Петрусенко была поистине народной певицей. Ее называли украинским соловьем.





Снайпер

Ревизия Второй мировой: германский вариант

«Преодоление прошлого»?

В девяностые годы Федеративную республику часто демонстрировали нам в качестве примера того, как можно успешно преодолеть тоталитарное прошлое. Картинка была проста и привлекательна: немцы дружно прокляли Третий рейх, покаялись в преступлениях гитлеровского режима — и живут теперь в мире и достатке. Подтекст при этом был совершенно ясен: предайте анафеме советский строй – и будете жить как в цивилизованных западных странах.

Но оставим в стороне эту более чем сомнительную причинно-следственную связь. Поговорим о другом: действительно ли современная Германия «преодолела» нацистское прошлое, полностью раскаялась в преступлениях и признала свою вину?

На первый взгляд все выглядит именно так. По крайней мере, германские власти стараются убедить в этом окружающий мир. Действительно, за открытое высказывание симпатий к нацизму в сегодняшней ФРГ можно запросто лишиться работы, а то и угодить за решетку. Отрицание Холокоста является уголовным преступлением. Нацистская символика находится под многочисленными запретами – которые, впрочем, довольно легко обойти. Ведомство по охране конституции – к слову сказать, достаточно мощная и эффективная спецслужба – пристально следит за всеми ультраправыми организациями. Воздвигаются многочисленные памятники жертвам нацизма, а выжившим узникам концлагерей выплачиваются компенсации. И все же отношение общества к нацистскому прошлому нельзя назвать однозначным.[Spoiler (click to open)]

В первые десятилетия после поражения нацизм в Западной Германии был не слишком популярной темой. Историю Третьего рейха скорее обходили молчанием – политики не хотели бередить свежие раны и создавать в обществе очаги напряженности, ученые, в большинстве своем принадлежавшие к старой консервативной школе и неплохо уживавшиеся с гитлеровским режимом, тоже предпочитали менее острые темы. Нацизм рассматривался как нечто совершенно чуждое германскому духу, как временное помешательство, охватившее вполне добропорядочную страну, как случайная ошибка истории. «Экономическое чудо» пятидесятых создавало вторая мировая для этого молчаливого согласия прекрасный фон.

Западные союзники, открыто провозгласившие денацификацию одной из основных своих задач, тоже проводили ее в жизнь весьма извилистым путем. С одной стороны, целый ряд созданных в Третьем рейхе механизмов социальной защиты населения был ликвидирован как «наследие гитлеризма»; с другой, многие высокопоставленные нацисты не только уходили от заслуженного наказания, но и занимали впоследствии достаточно высокие посты в новой Федеративной республике. В итоге сложилась довольно странная ситуация, когда недавнее прошлое, с одной стороны, официально осуждалось и предавалось анафеме, а с другой – продолжало незримо существовать.

Ситуация начала меняться в шестидесятые – вместе со сменой поколений, пиком которой стали знаменитые события 1968 года. Именно в это время в обществе начался критический пересмотр отношения к прошлому, были подняты острые и неудобные для многих темы. Например, о том, был ли нацизм «исторической случайностью» и действительно ли рядовые немцы ничего не знали о концлагерях? Важно подчеркнуть, что инициатива этого пересмотра шла «снизу» — от молодых профессоров и доцентов, студентов и журналистов. Во многом именно на этой волне в 1969 году к власти приходит социал-демократ Вилли Брандт, который поддерживает ревизию – и одновременно радикально меняет прежний, предельно враждебный внешнеполитический курс ФРГ по отношению к странам Восточного блока. Германский канцлер, вставший на колени перед памятником погибшим в Варшавском гетто, на долгие годы стал символом пересмотра как истории, так и политики Федеративной республики.

Но на всякий тезис находится антитезис. И в середине восьмидесятых в ФРГ группа историков начала подвергать сомнениям уже, казалось бы, сложившиеся в науке установки относительно вины и ответственности Германии за преступления нацизма. Вызванная ревизионистами дискуссия получила название «спора историков» и, по большому счету, не завершилась до сих пор.

Тоталитаризм и «спор историков»

Началось все, собственно говоря, не в Германии, а в Соединенных Штатах, где сразу же после окончания Второй мировой лучшие умы были брошены на то, чтобы придумать способ подорвать неимоверно возросший во всем мире авторитет Советского Союза. Итогом мозгового штурма стала концепция тоталитаризма, главными авторами которой часто называют Карла Поппера и Ханну Арендт. Основная идея этой теории – в том, что национал-социализм и «реальный социализм» советского образца были братьями-близнецами, двумя разновидностями одной тоталитарной модели. Следовательно, по сути своей СССР и Третий рейх – одно и то же. Эта концепция широко пропагандировалась на пике Холодной войны, в пятидесятые годы, и неоднократно использовалась в дальнейшем. Использовалась, несмотря на то, что уже в шестидесятые появился ряд серьезных работ, доказывавших, что между предполагаемыми «близнецами» на деле больше различий, чем родства, а похожие их черты носят скорее внешний, поверхностный характер.

Одной из работ на эту тему была книга молодого западногерманского историка Эрнста Нольте «Фашизм в его эпоху». Нольте писал об уникальности европейского фашизма, о характерных, присущих только ему чертах. За что, к слову сказать, был обвинен своими консервативными коллегами в марксизме. Кажется парадоксальным, но именно Эрнст Нольте открыл в середине восьмидесятых знаменитый «спор историков», заявив о том, что нацизм был всего лишь «ответом» на «вызов», брошенный коммунистами, Освенцим – всего лишь ответом на ГУЛАГ. А значит, отнюдь не немцы несут основную ответственность за мировую войну и гибель миллионов людей. Нольте выдвинул концепцию «европейской гражданской войны», в которой повинны все ее участники, но в первую очередь – Советский Союз.

Сложно сказать, был ли историк вполне искренним в своих убеждениях или он просто очень хорошо почувствовал конъюнктуру, но его слова пришлись весьма ко двору. Тезисы Нольте были подхвачены целой плеядой консервативных историков и широко пропагандировались в средствах массовой информации, в первую очередь правого толка. Слишком уж удачно сложились внешние обстоятельства – сперва новое обострение противостояния сверхдержав, потом распад Восточного блока благоприятствовали такого рода идеям.

[Spoiler (click to open)]Надо отдать должное западногерманскому академическому сообществу – большинство историков выступили с жесткой критикой идей Нольте и его соратников. Но идеи эти продолжают существовать и развиваться по сегодняшний день. По большому счету, их можно разделить на три взаимосвязанных тезиса – о «превентивной войне» против Советского Союза, о «чистом вермахте – спасителе европейской цивилизации» и о «советских зверствах» на германской земле. В этом порядке, пожалуй, и стоит о них поговорить.

По мотивам Геббельса

Первым тезис о «превентивной войне» Германии против Советского Союза, как известно, озвучил министр пропаганды Третьего рейха Йозеф Геббельс в своем радиообращении утром 22 июня 1941 года. Собственно говоря, это была рядовая традиционная ложь – любую свою агрессию нацисты стремились представить как меру чисто оборонительную. Однако если слова об «оборонительной войне против польской агрессии» никто сегодня всерьез не воспринимает, то аналогичный тезис касательно Советского Союза был в середине восьмидесятых весьма успешно эксгумирован и оживлен. Почему?

Видимо, потому, что окончательно он похоронен так и не был. Да, в семидесятые годы практически все немецкие историки в один голос признавали, что причиной нападения на СССР была давняя программа по завоеванию «жизненного пространства» на востоке, являвшаяся одним из краеугольных камней нацистской идеологии с момента основания НСДАП. Однако когда вопрос заходил об ответственности за Вторую мировую, все оказывалось далеко не так однозначно. Не только западногерманские, но и британские, французские и американские историки старались доказать, что Советский Союз тоже внес свой вклад в развязывание войны и осуществлял беззастенчивую экспансию – например, подписав знаменитый Пакт Молотова-Риббентропа. Поэтому идея о «превентивной войне» легла на подготовленную почву.

Важно отметить, что развитие этой идеи происходило одновременно в двух измерениях. С одной стороны, в академической среде, где ее активно пропагандировали в своих работах Э. Топич, И. Хоффманн, Х. Магенхаймер. С другой – в прессе, круг которой постоянно расширялся – за праворадикальными и консервативными газетами и журналами последовали массовые издания и крупные телеканалы. Поэтому идеи ревизионистов получили широкую известность в немецком обществе, хотя отношение к ним было и остается неоднозначным.

Аргументы сторонников теории «превентивной войны» хорошо известны в России – их использовал в своих вышедших массовым тиражом книгах небезызвестный В. Резун (псевдоним – Виктор Суворов). Это – и якобы наступательная конфигурация сил Красной Армии на западной границе, и наступательный характер советской военной доктрины в целом, и идеи большевиков относительно экспорта революции, и многое другое. Надо сказать, что автор «Ледокола» находился в своеобразном творческом взаимодействии с германскими ревизионистами, заимствуя их аргументы и одновременно обеспечивая их новым материалом.

Нольте, Хоффманн, Топич и другие говорили о «вынужденной войне Гитлера», «компоненте объективно обоснованной и решающей борьбы», о том, что «политический смысл Второй мировой войны сводится к агрессии Советского Союза». Надо сказать, что тезис о «превентивной войне» не получил в ФРГ большой популярности – слишком очевидно противоречил он данным источников, слишком резкий отпор встретил со стороны большинства историков. Тем не менее, свою роль он сыграл – установки, которые раньше считались откровенно экстремистскими, теперь были выведены из области запретного и стали предметом серьезной научной дискуссии. То, что раньше рассматривалось как пропагандистская ложь, превратилось в научную гипотезу.

Сыграл свою роль тезис о «превентивной войне» и в еще одном отношении. Он дополнил и усилил старую теорию о «незапятнанном вермахте», который в годы мировой войны выполнял «священную миссию по защите Европы от большевизма».
Источник


Снайпер

ТЕНИ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА



Знакомясь с результатами пребывания Моргена в Польше и России, Гиммлер был озадачен. С одной стороны, как документы, так и сообщения информаторов подтверждали, что судья зарекомендовал себя бесстрашным врагом расхитителей, которого никто бы не посмел отнести к презираемым фюрером судейским "овцам". А с другой стороны...

Абсолютно одобряю решение дорогого Опера рассказать о Георге Конраде Моргане, и абсолютно одобряю его решение пересказать статью Ростислава Горчакова выжимкой по сути, а не давать ссылку на первоисточник. В оригинале, наряду с фактами, слишком много бессмысленных либеральных ламентаций, ничего ни уму, ни сердцу не дающих, зато детали изложены детальнее и честнее, чем даже в биографичеком очерке, автор которого почему-то предпочитает некоторые важные факты микшировать...


Например, пассаж "После спора, в результате которого председатель осудил его поведение в одном из судебных дел, он был уволен с юридической службы" выглядел бы куда ярче, расскажи биографист, что молодой судья просто накатал жалобу на прямое начальство, осудившее еврея, чтобы покрыть преступление истинного арийца, и направил эту жалобу в самые верха, после чего дело было пересмотрено и наказали настоящего преступника, а герра Моргена забрали в распоряжение самого Гиммлера,  поскольку его credo, - "обеспечивать торжество законности вне зависимости от личности подсудимого", - было оценено, как правильное и похвальное.

Равным образом, искажающий истину рассказ биографиста о том, как "Гиммлер понизил Моргена в чине с обер-лейтенанта до ефрейтора и он был отправлен на Восточный фронт за то, что будто бы оправдал обвиненного в осквернении расы", в статье изложен куда ближе к истине: во-первых, показана роль в сюжете Фридриха-Вильгельма Крюгера (о чем в биографии ни слова), а во-вторых, в биографии не упоминается, что и на сей раз решение судьи, оправдавшего немецкого офицера, создавшего семью с полькой, было признано высшими инстанциями "правомерным и законным".

А еще скажу, что личность судьи Моргена впервые привлекла мое внимание лет пять назад, когда я всерьез увлекся короткой и яркой историей ребят из "Белой Розы", на мой взгляд, куда больших героев, нежели хорошо сознающие, чем и ради чего рискуют члены "Красной капеллы" и "люди 20 июля".

Так вот, в те дни мне, среди массы других материалов, попалась ссылка на старое интервью Георга Моргена, где ему, в частности, задали вопрос и о мюнхенских студентах. "Я рад, - ответил [цитирую по выписке] старый человек, - что, будучи судьей СС, не мог быть назначен вести это дело. Эти дети во многом были правы. Но они, в самом деле, были осуждены по той статье, которую предусматривало их деяние, и больше того, не сделали ничего, что можно было бы расценить, как основание для смягчения. Суди их я, я бы вынес такой же приговор". Согласитесь, в Федеративной Республике Германия по понятиям 1977 года ответить так мог бы далеко не каждый.

В общем, на мой взгляд, история жизни немецкого юриста, члена НСДАП и оберштурмбаннфюрера СС Георга Конрада Моргена - лишнее подтверждение тому, что порядочным человеком можно оставаться во все времена и при всех обстоятельствах, вне зависимости от взглядов, места службы, должности и партийной принадлежности, - а такие подтверждения никогда не бывают лишними.

А раз уж речь зашла о странностях Рейха, воспользуюсь случаем пояснить еще кое-что.

Как бы это ни удивляло кого-то, я, в самом деле, абсолютно убежден в том, что Адольф Гитлер был выбран и, - в ущерб другим кандидатам в лидеры от националистов, -  аккуратно продвигаем вверх заокенскими спонсорами именно по причине иррациональной мистичности его доктрины.

И неспроста.

Что Германия пойдет на реванш, после WWI было ясно всем, и чтобы следующий этап не оставил ей ни шанса на победу, превратив в управляемое ничто на десятилетия вперед, дальновидным, стратегически мыслящим людям нужен был именно Адольф Алоизович, такой, каков он был. С теорией, хотя и позволявшей вдохновить миллионы патриотических моргенов, - что, безусловно, гарантировало успех на коротком рывке, - но с гарантией зачеркивавшей (а то и хуже, выжимало по ту сторону окопов) сотни тысяч хаберов, не менее всех прочих желавших честно служить возрождению Фатерланда. А поскольку моргены рано или поздно кончаются, конечный итог был заранее предопределен.

Полагаю, прорвись к власти не г-н Гитлер, романтик и мистик, но кто-то из более вменяемых, тех, кого мягко остановили на взлете, просто не финансируя, - хотя бы та же DVP, в которой аж до ее роспуска состоял Конрад Морген, - многое могло бы пойти иначе...
via putnik1